В прошлом сезоне я совершенно неожиданно открыл для себя весьма любопытный водоем. Его замечательность заключается в том, что, наряду с неплохим по спортивным меркам окунем по 40–70 граммов, в расположенном прямо в черте Петербурга карьере водится плотва от 100 до 200 граммов, но рыболовов на льду не так уж и много. Анализируя позже свои действия, приведшие к «открытию», я понял, что, побывав здесь на много лет раньше, я мог бы остаться в убежденности, что ничего сколько-нибудь интересного здесь нет.

Начать стоит с того, что карьер находится почти на берегу Финского залива и практически мимо него рыболовы шагают за своей удачей прямиком на огромные ледовые просторы, даже не подозревая, что основная масса плотвы в заливе заметно уступает в размерах той, что живет здесь. Но водоем окружен со всех сторон непрезентабельным техногенным пейзажем, что, видимо, изрядно охлаждает многим пыл задержаться и попытать счастье на полдороги от дома. Еще один нюанс – большие глубины. Признаться, меня они поначалу тоже не сильно вдохновили – перспектива искать с мормышкой не бог весть кого на глубине 9-11 метров вряд ли вселит во многих радость. Вот и я поначалу положился на знания своего знакомого, бывавшего здесь не раз, благо, живет он совсем недалеко. Поэтому мы отправились к его заветному месту, где он регулярно пытается ловить окунька.

Первоначальные рассказы про окуньков, плотвичек и подлещиков, которых здесь иногда ловят, меня вдохновили не сильно, но уж больно ребятам хотелось, чтобы я с ними сходил на рыбалку и чему-нибудь научил. В итоге, пришлось сжать свою лень в кулачок и бодро шагать к противоположному тростнику, где «однажды на жерлицу попался окунь на 400 граммов». Водоем в диаметре около километра, вокруг все совсем уныло: кучи мусора на огромном пустыре, напоминающем то ли убранную, то ли засыпанную свалку. На льду всего два рыболова — безрадостное зрелище. Все эти мысли составляют пессимистичный фон раздумьям, где и как здесь получше «блеснуть мастерством», чтобы приятелей не разочаровывать. Пытаюсь по берегу и окрестностям представить хоть какую-то картину подводной жизни, но по опыту знаю, что для карьера это занятие сомнительное — все окажется таким, какова была фантазия экскаваторщика или оператора земснаряда.

Под самым берегом ловля оказалась примерно такой, как и ожидалась. Более-менее регулярный окунек на глубинах от 1 до 3,5 метра. Что любопытно, поклевки следовали не подряд, а через 1–3 проводки. При этом рыба поднималась довольно высоко. Причина этого обнаружилась довольно легко — в толще воды по каким-то своим делам плотными рядами куда-то двигался малек плотвы. В течение полутора-двух часов довольно плотно обрабатываю прибрежную часть вдоль плотной стены тростника — поклевки начинаются почти от стенки и заканчиваются метрах на 3–3,5. Глубже проверять наличие окуня тяжело, так как кормового мотыля нет. Да и, судя по интенсивности клева, оптимальный горизонт находится в районе двух метров. Вскоре картина стала почти ясной и особенного интереса ловить полосатиков не осталось: размер хоть и не самый плохой, но крупнее 70 граммов ничего нет, а рыбу явно надо выбивать количеством дырок — по 1–3 штуки с лунки. Правда, мои «успехи» явно не дают покоя менее удачливым приятелям и они азартно замерли над своими 1–2 лунками в надежде, что вот-вот заклюет также.

Когда стало совсем лениво дырявить лед, как робот, вспомнились рассказы про местную плотву. Под предлогом поиска этой рыбы отправляюсь вглубь, замешав белую прикормку и положив за пазуху крупную кормушку. По опыту ловли в других местах примерно понимаю, что на крутом береговом свале пытаться отыскать серьезные скопления белой рыбы проблематично, сверлюсь до начала стола. Откос заканчивается примерно на 8 метрах, и отсюда начинаю прикармливать лунки с интервалом около 20 метров, чтобы захватить большее пространство. При этом глубины между точками прикармливания отличаются порой на полметра-метр и доходят иногда до 11 метров. Перспектива вытягивать и запихивать в воду по десятку метров при каждом переходе не вдохновляет, но хоть какое-то разнообразие и элемент неожиданности. Надежда на эффективность белой прикормки с всплывающими фракциями, которые очень эффективно привлекают рыбу в стоячей воде долгое время. К тому же, задача-минимум выполнена: как и где искать окуня, я уже показал и объяснил, да еще и про приготовление белой прикормки попутно рассказал перед тем, как идти вглубь водоема. Метров 200–250 от берега моя полоса кормленых дырок занимает и при удачном стечении обстоятельств где-нибудь должна пересечься с рыбой, тем более, что глубины колеблются, а это чуть получше, чем совершенно ровная поверхность.

На третьей глубинной лунке после нескольких проводок следует уверенная поклевка и кто-то начинает довольно ощутимо сопротивляться. Оказывается, это плотва около 150 граммов. На следующем месте попадается еще одна рыбка примерно такого же размера. После третьей понимаю, что это уже не случайность, докармливаю лунки с руки парой небольших комочков и бегу звать друзей, довольствующихся редкими окуньками. После демонстрации рыбы мой авторитет еще более возрастает, и они безоговорочно следуют за мной. Более опытный товарищ остается на первой удачной лунке, а того, который приехал на лед впервые, я веду дальше, на свежие и еще не обловленные точки. Поймав еще пару плотвиц у него на глазах и объяснив, как надо вытаскивать рыбу, чтобы не упустить и не повредить снасть, вручаю ему удильник. Сам довольствуюсь ролью инструктора и фотографа, благо, рыба довольно активная и каких то особенных требований к снасти и игре не предъявляла. Почти везде попадаются от одной до трех рыб подряд, и мы переходим дальше, на свежее место. Судя по всему, рыбе прикормка явно понравилась, и чем больше времени проходит с момента прикармливания, тем лучше она ловится.

Как это часто бывает при ловле плотвы и подлещика, в первый проход по лункам поклевки единичны, а с каждым последующим количество рыбы заметно возрастает, как и ее активность. Буквально за 1,5–2 часа после прикармливания на льду уже оказывается около 3,5–4 кг хороших плотвиц, самая мелкая из которых весит около 80 грамм, а самая крупная — около 200. Она клюет на медную мормышку около 4 мм диаметром и явно не привередничает. Все оказываются довольны. Я — обнаружением близкого к дому водоема с очень неплохой рыбой. Друзья — неожиданно удачной рыбалкой и увиденной воочию эффективностью активного поиска рыбы.

Проанализировав позже ход рыбалки, я пришел к выводу, что вполне мог бы так ничего интересного и не найти, если бы, как и раньше, целый день довольствовался береговыми окуньками, работая на гарантированный результат. Видимо, сказалось отсутствие необходимости в сведении риска к минимуму, благодаря которой очень часто я и многие наши другие спортсмены упираются в первую же обнаруженную рыбу, даже если ее размер и количество оставляют желать лучшего. Сказывается привычка поймать хоть сколько-нибудь за ограниченный период времени. Здесь же явно не выдающаяся рыбалка оказалась только на пользу, и поиск, в который я отправился практически из любопытства и ради хоть какого то разнообразия, привел к удивительно хорошим результатам. Средний размер рыбы был явно больше 100 граммов, что даже лучше, чем на Финском заливе, хотя добираться несравнимо удобнее.

Для меня эта рыбалка еще раз продемонстрировала разницу подхода к ловле рыбы в условиях любительской и спортивной рыбалки. Это отличие заключается в той степени риска, которую заведомо приемлет рыболов. Риск зачастую, при правильном подходе и определенных умениях, приводит к успеху.

Автор: Алексей Дьяченко

Фото автора

Статья была напечатана в журнале «Поплавок»

20.01.2010